пчёлы, пчеловодство, мёд, купить мед, продажа меда оптом, объявления, медоносы, лечение, рецепты, пчеловоды, новости, книги
 

Развитие промышленного производства российского меда

19 августа 2011

Развитие промышленного производства российского меда

Ограниченность внутреннего рынка и отсутствие экспорта сдерживают развитие промышленного производства российского меда.

Мед всегда был в России уважаемым продуктом. Его полезные свойства проверены веками. Спрос на мед стабильно высок. Но будучи дорогим продуктом, мед всегда был объектом разного рода фальсификаций. По оценкам экспертов, около 20% продаваемого меда является подделкой.

За последние десять лет производство меда в России выросло почти в три раза. Если в 1999 году в стране собрали только 37 тыс. тонн, то в 2010 году, по разным оценкам, — от 90,9 до 104,5 тыс. тонн меда. Согласно данным Союза пчеловодов России, в среднем каждый житель нашей страны съедает около 720 граммов меда в год. В Москве этот показатель выше — до килограмма на человека. Уровень потребления меда растет из года в год, однако до европейских стран нам еще далеко, поскольку в России главным «сладким» продуктом остается сахар: объем потребления оценивается в 30—32 кг на человека в год. А, например, в Германии соотношение потребления сахара и меда составляет соответственно 6 кг и 4,5 (!) кг в год на человека. При этом Германия самостоятельно может обеспечить себя медом лишь на 20%, недостающее закупает за границей. Российские пасечники способны производить 1 млн тонн меда в год, считают эксперты. «Ни одна страна не может выдавать такое количество меда и такого качества. В России для этого есть все ресурсы — у нас больше 3 тыс. медоносов (растений, которые выделяют нектар и могут быть кормовой базой пчел), около 200 видов меда. Мы могли бы полностью исключить закупку меда в других странах и сами наладить экспорт», — говорит президент Союза пчеловодов России Арнольд Бутов.

Купить — продать

Сегодня объем импорта меда в Россию превышает объем экспорта в 55 раз (!). В 2010 году в Россию было завезено более 5,3 тыс. тонн на сумму почти 15,9 млн долл. В общем объеме рынка доля импорта невелика — 5—6%. Но, во-первых, это официальные (и, скорее всего, заниженные) данные. Во-вторых, для отечественного пчеловодства и этот «кусочек» — потеря своей доли на рынке. «Мы неоднократно просили Минсельхоз повысить ввозную пошлину на иностранный мед. Сейчас она составляет всего 15%. Например, в Латвии пчеловоды обратились к властям с просьбой защитить внутренний рынок — и пошлина была увеличена до 91%. В США она и вовсе составляет 100% от таможенной стоимости», — рассказывает Арнольд Бутов. Запретительные пошлины нередко используются в мировой практике для защиты отдельных секторов рынка. В России, например, в период сбора сахарной свеклы вступают в силу запретительные пошлины на импорт сахарного тростника. Но дело в том, что мед в Россию поставляет в основном Украина (свыше 68% поставок в натуральном выражении). А с этой страной у нас установлен режим беспошлинной торговли.

Экспорт российского меда ежегодно сокращается. Если в 2003 году, по данным исследовательской компании Global Reach Consulting, за границу было продано в общей сложности 347 тонн, то в 2008 году — только 121 тонна меда. В прошлом году Россия отправила на экспорт лишь 94,9 тонны меда на 613,1 тыс. долларов (в роли основного покупателя российского меда выступают США, в эту страну экспортируется 61,5% продукции нашего пчеловодства в натуральном выражении). «Цена на внутреннем рынке перегрета и не может конкурировать с ценами в других странах. Сегодня она составляет не менее 110 рублей за кг сырья (3—4 года назад была 50—70 рублей), — объясняет Дмитрий Новичков, региональный менеджер по продажам компании «Медовый дом» (крупнейший игрок на российском рынке фасованного меда). Причем 110—130 рублей за килограмм стоит самый дешевый, простой мед — из разнотравья, подсолнечника. Более дорогой, монофлерный мед (акация, липа) на внутреннем оптовом рынке стоит не менее 250—300 руб лей за кг.

Вне интересов государства

Россия всегда играла ведущие роли на мировом рынке меда. Поэтому уже в апреле 1919 года Ленин подписал проект постановления, регулирующий правовые аспекты пчеловодства и защищающий интересы пчеловодов. До 1929 года функцию управления отраслью выполнял Союз пчеловодов, который владел своими медоварнями, заводами по производству оборудования. В 1929-м, с началом коллективизации сельского хозяйства, был создан Росколхозпчеловодцентр. Согласно официальной исторической точке зрения, коллективная форма собственности и пятилетние планы развития народного хозяйства создали благоприятные условия для развития пчеловодства, и к 1940 году Советский Союз имел 10 млн пчелиных семей и занимал первое место в мире по сбору меда. Однако есть и другие версии: «Главной задачей государственных предприятий всегда было выполнение плана. В колхозах нередко выкачивали мед полностью, не оставляя его пчелам на подкормку, кормили пчел сахаром. В результате продуктивность в колхозах была в 2—3 раза ниже, чем в частном секторе», — считает Арнольд Бутов.

После распада СССР и закрытия колхозов пчеловодство стало уделом преимущественно частного сектора. Сегодня российский рынок меда представлен в основном небольшими пасеками. Количество пчелосемей сократилось до 5 миллионов. По оценкам маркетингового агентства Step by Step, в 2010 году на частных пасеках было произведено 85,7—99,3 тыс. тонн меда, то есть 94—95% от общего объема. А по подсчетам Арнольда Бутова, порядка 98% производимого в стране меда добывается частными хозяйствами и только 2% — лесхозами и совхозами. При этом число хозяйств, серьезно занимающихся пчеловодством, неуклонно сокращается: сегодня в России их насчитывается не более 5—6 тысяч. Формально пчеловодство относится к ведению Министерства сельского хозяйства, но фактически министерство отрасль никак не курирует. «В России пчеловод оставлен один на один со всеми своими проблемами, будь то сбыт, мор пчел или непогода. За рубежом государство компенсирует потери, выделяет средства на необходимые мероприятия, на покупку новых пчелосемей, на поддержание существующих пасек. Наше государство не принимает никаких компенсационных мер», — говорит Дмитрий Новичков.

Рынок меда в силу своей специфики метеозависим, болезненно реагирует на сезонные колебания и ситуации, связанные с потерями производства. «Определенное государственное регулирование отрасли необходимо, но в России поддержка производителей меда со стороны государства очень слаба», — считают и эксперты Step by Step. Между тем мед, в отличие от зерна, мяса, молока, не является товаром первой необходимости. Видимо, поэтому удивляться «неотзывчивости» Минсельхоза не стоит — у него и без того забот хватает.

Ложка дегтя

В нашей стране принято покупать мед не в магазине, а у «своего» продавца на рынке, а еще лучше — прямо на пасеке. Люди обоснованно боятся подделок. Поэтому, несмотря на активное развитие розничной торговли, пасечники напрямую продают друзьям и знакомым до 294,8 тонн меда (около 3% от общего объема рынка). «Мы хотим и добиваемся преференций для отечественного производителя, чтобы он мог торговать своей продукцией напрямую, без посредников, которые скупают мед по всей стране, получая 100—200% выгоды, — объясняет Арнольд Бутов. — Благодаря стараниям недобросовестных дельцов, на внутренний рынок попадает продукция не очень высокого качества из Китая и Средней Азии». Как отмечает директор «Алтайского пчелоцентра» Владлен Дуплик, вопрос подделок — больная тема для отечественного рынка меда. На разного рода суррогаты приходится не менее 20% рынка. Проще всего «нарваться» на недоброкачественный мед на рынке и на ярмарках выходного дня, где у продавцов, как правило, нет сертификатов на продукцию. Можно приобрести и просто некачественный (перегретый, или незрелый, или неправильно хранившийся) мед, и своеобразный микс (смешанный китайский и российский мед, сдобренный ароматизаторами и различными добавками вроде крахмала и соевой муки), и даже не существующий в природе лавандовый и облепиховый мед (эти растения не являются медоносами).

Впрочем, мошенничество на медовых продуктах процветает не только на городских рынках. «Есть хорошо раскрученная компания, которая находится в Перми и зарабатывает деньги на продуктах пчеловодства. На самом деле эти люди никакого отношения к пчеловодству не имеют. Они не предоставляют никаких документов, но постоянно размещают какую-то чудодейственную информацию о своей продукции. Все это чистая коммерция: скупают обыкновенный мед, называют его диким и поднимают цену в четыре раза. Закупают китайскую пыльцу, обжаривают, засыпают сахарной пудрой и продают это драже в несколько раз дороже», — горячится глава Союза пчеловодов. А ведь вся продукция, производимая пчелами, товар нежный, теряющий при термической обработке большую часть полезных свойств. Его не рекомендуют класть в горячий чай, как это многие делают. Нельзя оставлять продукт на свету — уже через два дня он потеряет свою биологическую ценность.

Весь производимый пчелиный мед подразделяется на монофлерный (собранный с одного растения) и полифлерный (может насчитывать от 70 до 100 растений). Самыми популярными в нашей стране являются липовый, каштановый, акациевый и гречишный мед. Традиционно лучшими регионами происхождения меда считаются башкирский и алтайский. «В 1990-е годы на рынке монополистом была потребкооперация, она закупала продовольствие — мед, икру, грибы — и отправляла за рубеж. На внутреннем рынке ничего нельзя было купить. Тот мед, который оставался в стране, был далеко не лучшего качества. А Башкирия отказалась поставлять свой мед потребкооперации. И в народе сложилось впечатление, что мед только в Башкирии и на Алтае и производят. Хотя хороший продукт на самом деле делают во многих регионах», — объясняет Арнольд Бутов. Однако словосочетание «башкирский» или «алтайский мед» стало брендом. Чем не преминули воспользоваться как местные власти (в Башкирии словосочетание «башкирский мед» официально зарегистрировано как торговая марка и, соответственно, не может быть использовано другими производителями), так и мошенники.

«Башкиры, большие любители меда, не удовлетворяют даже собственные потребности в этом продукте. На продажу берут мед из российских регионов, фасуют и пишут, что это башкирский», — уверяет глава Союза пчеловодов. Доходит до курьезов. В июле Россельхознадзор сообщил о задержании во Владивостоке большой партии (40 тонн) недоброкачественного меда из Китая, который предназначался… для славящегося своим медом Алтайского края. Зачем Алтаю китайский мед?

Продукцию в массы

Уже больше 15 лет Союз пчеловодов проводит ежегодные ярмарки меда в различных городах России, чтобы, во-первых, показать товар лицом, во-вторых, чтобы научить население мало-мальски разбираться в меде. Первая такая ярмарка прошла в Москве в Гостином дворе в 1995 году. Тогда на выставку собралось 150 пчеловодов. В ярмарке, которая откроется в этом году в Царицыно 3 сентября, примут участие 700 пчеловодов, каждый из которых привезет на продажу по 3 тонны меда. Как уверяет Арнольд Бутов, вся представленная продукция проходит экспертизу во ВНИИ ветеринарной санитарии, гигиены и экологии Россельхозакадемии. Пищевая безопасность исследуется по 9 параметрам, в случае каких-то проблем сертификат на продукцию не выдается. Если верить Союзу пчеловодов, получается, что ярмарки и организованные при его поддержке «Лавки пасечника» — едва ли не единственное место, где можно приобрести качественный продукт (по крайней мере в больших городах). Однако ярмарки при всех своих плюсах (популяризация продукта, налаживание связей, в том числе внешнеторговых, возможность приобрести товар напрямую) не в состоянии полностью удовлетворить спрос. В результате сегодня активно развиваются такие каналы продаж, как биржи меда в Интернете и продажа меда через розничные сети.

Рынок меда стал бы более цивилизованным, если бы пасечники могли обеспечить постоянный канал сбыта своей продукции, причем не случайным перекупщикам, а компаниям, которые могли бы обеспечить их интересы. По сути, речь идет о системе, давно сложившейся в европейском агропроме, где производители молока, мяса, овощей и прочих продуктов сдают товар в специальные кооперативы или крупным холдингам.

«Компаниям более крупным, чем частные хозяйства, проще наладить сбыт продукции. Кроме того, в отличие от частных хозяйств, у компаний есть возможность продавать свою продукцию в розничные сети», — говорят в Step by Step. Хотя часть покупателей с недоверием относится к расфасованному меду в магазинах, считая его «ненастоящим». «В некоторых регионах, например, на юге — в Ростове, Краснодаре, где большое число пасечников, работать в сетях очень сложно, но мы пытаемся это переломить», — говорит Дмитрий Новичков из «Медового дома». Компания находится на рынке меда с 1996 года. По ее собственным данным, контролирует более 30% рынка Санкт-Петербурга.

В настоящее время «Медовый дом» переносит фасовочное производство из Северной столицы в Великий Новгород и намерен в дальнейшем увеличивать свою долю на рынке фасованного меда. Среди других крупных игроков можно назвать компанию «Медовая долина» (Москва), «Алтайский пчелоцентр» и другие.

«У нас на местах есть люди, которые по договору с пасечниками осуществляют сбор сырья — единоразово, с разных пасек, необходимо собрать 10—20 тонн сырья (с пасеки в 100—150 ульев получают от 2 до 5 тонн меда) — такой объем необходим, чтобы получить адекватную цену», — объясняет Дмитрий Новичков. На первом этапе продукция проходит ветеринарное освидетельствование по месту сбора, на втором этапе состояние продукции отслеживает уже технолог на предприятии. После фильтрации и фасовки проводится еще одна проверка — с каждой произведенной партии берется срез, это необходимо, чтобы продукция могла поступить в продажу в розничные сети. Согласно действующему ГОСТу, продукция оценивается по следующим показателям: аромат, вкус, механические примеси, общая кислотность, массовая доля сахарозы. Кроме того, анализ должен определить наличие в меде токсичных элементов или пестицидов. Допускается лишь минимальное их содержание. По словам Дмитрия Новичкова, существующий ГОСТ не подразумевает исследования продукции на наличие антибиотиков, хотя, признает он, отечественные пчеловоды при разведении пчел иногда их используют (как и сахар для подкормки пчел — для снижения издержек). Никак не регулируется правилами и информация, нанесенная на этикетку, то есть производители не обязаны указывать (и часто не указывают) место сбора меда. Априори мед может быть любым, даже тем же китайским. На вопрос, почему подобные сведения не указываются, ведь это могло бы стать некоей гарантией для потребителя, Арнольд Бутов кивает на НИИ пчеловодства. «Подобные изменения в документацию должна вносить комиссия НИИ, но институт окружил себя не производителями, как это должно быть, а перекупщиками и защищает их интересы», — говорит глава Арнольд Бутов.

Если оставить в стороне эмоции по поводу того, чьи интересы защищает НИИ пчеловодства, то становится очевидным, что рынок меда нужно упорядочить. Производство должно стандартизироваться в соответствии с современными требованиями (имеющиеся стандарты явно устарели). А сам мед, как товар, нуждается в нормальном продвижении. Да, мед хорошо знакомое нам лакомство. Но даже традиционный продукт нуждается в популяризации. Рекламируют же соки и йогурты, хотя недостатка спроса на эти продукты нет. К тому же здесь можно использовать самые разные маркетинговые инструменты. Существует большое разнообразие продуктов пчеловодства, в том числе и мед с различными добавками в виде орехов, лепестков цветов, уникальный мед с различных пасек. И на этих тонкостях можно грамотно «играть». В некоторых странах, например, в Греции, мед преподносится как специфический продукт данной страны и входит в обязательный перечень оригинальных товаров, которые рекомендуют покупать туристам. В России же ничего подобного нет, очень часто мед продается просто как мед, а молодое поколение все меньше воспринимает этот продукт. Однако вопрос в том, кто именно должен инициировать всю эту работу? Нужна сила, которая могла бы объединить интересы пасечников и добросовестных продавцов меда. Но такой силы сегодня, судя по всему, нет. Пока что отрасль с огромным потенциалом представляет собой разрозненные удельные княжества.

Перетасовка

По данным агентства Step by Step, в 2010 году в мире было произведено 1,5 млн тонн меда (в 2009 году – 1,3 млн тонн). Основным экспортером меда в мире долгое время был Китай. В конце прошлого десятилетия на него приходилось 30% мирового производства этого продукта. Но Европа отказалась от китайского меда — слишком велико в нем содержание антибиотиков. В другие страны, в том числе в Россию, китайский мед по-прежнему поставляется. По оценкам компании «Медовый дом», сегодня мировым лидером по объемам производства и продаж меда является Аргентина. Наиболее крупные импортеры меда — США, Германия, Япония и страны ЕС. Россия осуществляет минимальные экспортно-импортные операции с медом. В то же время ЕС за счет интеграции отрасли постепенно превращается в крупного экспортера меда.

Справка

Настоящий мед — действительно очень полезный продукт. В его состав входят в основном фруктоза и такие исключительно полезные для человека минеральные вещества, как калий, магний, белки и витамины, которые в других продуктах вообще редко встречаются. Без лабораторного анализа определить качество меда очень трудно, но если в декабре увидите жидкий мед — он наверняка перегретый, за исключением того, что взят с белой акации, горного каштана, малины. Остальные за месяц, а то и меньше кристаллизуются — и это совершенно нормальный, «правильный» процесс.

новости за август 2011 года


 
© пчёлы-мёд.рф, 2010–2017
сайт про мёд, пчел, пчеловодство
дизайн, создание сайта, раскрутка, поддержка: krav.ru